— Поэтому испытания в трех средах и были запрещены, несмотря на все протесты военных, как наших так и американских.

— Так или иначе, 120 тонн, не считая графита, — все равно «круто». И он продолжал излучать, потому что реакция деления не прекратилась… она прекратилась далеко не сразу…

И тут народ молодой и неграмотный, но быстро думающий, хотя бы потому, что мусора в голове мало, начинает сопоставлять… и по игре лить туда борную кислоту, но техника подводит, и не попадают они в реактор, но хотя бы не песок… Вот уж догадались! Смешно когда Г. Медведев описывает так называемый мозговой штурм ответственной комиссии заседающей в Припяти фактически прямо «у разбитого реактора». Слезы… Напоминает стихотворение Маяковского «Прозаседавшиеся». Вторая группа наших креативщиков читала Г. Медведева внимательно и расстреливает реактор, презрев временное тактическое заражение. Они выигрывают стратегию. В их сценарии вокруг реактора стало легче через две недели. Потом они убирают последствия своего взрыва военными проводными манипуляторами, «потому что никакая электроника в зоне таких полей, ясен пень, работать не будет». Эвакуацию они справили лучше «любителей химии». Бойцы!

Но это была затравка. Все это сто раз играли. Через 20 лет находится оптимальное решение не потому, что оно и раньше было, а потому что забылось, чего тогда не было… Это вход. В материал. Вторым тактом мы рисовали «мир без Чернобыля». То есть был Советский Союз и его система управления, а Чернобыль погрозил и на грани аварийного разгона все ж таки погас и остался цел, и долго комиссии стыдили, снимали и распекали руководителей, а в основном — тех, кто не допустил аварии. И что же тогда — Сюжет о развале России? — куражилась молодежь… За Сюжет играла девушка, и за систему «Советский